Заключенная ИК-2 Мордовии о нравах в тюрьме (ВИДЕО)

Татьяна освободилась из колонии ИК-2 в республике Мордовия в феврале 2017 года.

 

  • Подъем в 6, зарядка, в любое время года, в любую погоду. Значит, в полседьмого завтрак, строями идут на завтрак. С 7 часов развод на фабрику. Вот, с 7 часов утра до 24, а иногда до 3 часов ночи женщины работают, не вставая со своих мест. Единственное, куда они выходят – это обед и ужин. В туалет — как скажет Дмитрий Евгеньевич Кулешов. Если выполняется план, значит можно сходить в туалет. А если план не выполняется, то в туалет они не пойдут.
  • Работают там женщины с 7 утра и до 12 ночи, без выходных дней. Работают постоянно. У людей нет сил работать. Начальник фабрики Кулешов Дмитрий Евгеньевич непосредственно всем этим заправляет. И бригадиры, женщины, у которых, очевидно, нет сердца, потому что девчонок бьют, в туалет не выпускают. Нужду справляют в банки, в бутылки и в пакеты около своих рабочих мест, непосредственно у швейных машинок.
  • Если успевают отшить, то в баню идут. Моются, с бани обратно идут на фабрику шить. Допустим, если баня в семь вечера, с семи до восьми вечера они помылись, и обратно на фабрику идут шить до двенадцати, до трёх ночи. А если выработки у бригады нет – в баню не пойдете.
  • Перед Новым Годом, девчонки рассказывали, что последний раз они в ноябре были в бане. И как раз вот перед Новым Годом, 27 числа, Кулешов загнал их на фабрику на двое суток, они там просто тупо шили. Не выводя отряды спать, а просто шили. Я работала в столовой осужденных, поваром, стояла непосредственно на раздаче и видела, как девочки приходят утром, после ночи работы, они даже не понимают, что им кушать надо, потому что люди очень устают.
  • В карантине заключенные находятся две недели. Первый, второй день им дают немножко адаптироваться, отдых. На третий день — приходят бригадиры и отбирают к себе в бригаду. Люди выходят на работу также с семи утра, только до шести вечера. В столовую ходят, кушают с бригадами. И сколько они находятся в карантине, все это время люди работают. Понимаете, да? Бесплатно.
  • ВИЧ-инфицированные, для больных туберкулезом работают наравне со здоровыми людьми, то есть, с 7 утра до 12 ночи, иногда и до трех. Никаких льгот. Абсолютно никаких. Все едино. Как говорит начальница колонии Позднякова Елена Александровна: «У нас экспериментальная колония».
  • Мы когда приехали в эту колонию, 26 октября мы приехали, этап пришел наш. Вы знаете, как нас встречали? Нам сказали: — «Добро пожаловать в ад. А есть у вас ВИЧ?». Там девочка со мной рядом была, и говорит: — «Нет, у меня гепатит». – «Будет». Что значит будет? Вы знаете, в этой колонии люди выживают. Сумел выжить – молодец, не сумел – везут на больницу, там люди умирают.
  • Я работала в столовой осужденных, работала поваром. Там люди работают также, с 6 утра до 9 вечера, и с 9 вечера до 8 утра. В общем, труд этот адски тяжелый. Люди работают тоже без отдыха, без выходных.
  • Когда приезжает прокурор, это все знают заранее. Приезжает, смотрит, ходит, а потом заказывается большой заказ. Люди готовят салаты, в частности, я перед вами, салаты, уток, печенку, кроликов – все это готовится для прокурора.
  • Кормят заключенных, если честно, мясо отвратительное. Такое впечатление, что дохлых свиней привозят — когда варишь мясо, стоит отвратительный запах, мерзкий.
  • А молоко для больных ВИЧ и туберкулезом – от производства Дмитрия Евгеньевича Кулешова. На свободе оно, пока срок годности, продается, потом его привозят обратно и дают заключенным. Это молоко просто когда кипятишь, оно сворачивается.
  • Обед, завтрак, ужин, 20 минут. Опять же, все зависит от бригадира, а они звери. Вот она покушала сама, встала и сказала «Встать!». Доел человек, не доел – ей без разницы. Встали все и пошли.
  • Сейчас нет ни войны, ничего такого, но люди прячут хлеб. Прячут хлеб в карманы и берут с собой, чтобы покушать на работе, потому что они работают до глубокой ночи. Но непосредственно милиция, перед тем, как они заходят на промзону, их обыскивает. Соответственно, хлеб этот выкидывается.
  • 9 ноября я вышла с карантина, 11 ноября я вышла работать уже в столовую. Там был начальник производства, женщина такая приятная во всех отношениях Людмила Александровна. Потом, вы знаете, через месяц вдруг Людмилу Александровну заменяет Беззубова Татьяна Васильевна. Это женщина на пенсии, она работала режимницой в этой колонии. У меня, вот знаете, вопрос возникал, как же так? Человек, который никогда не работал в пищевой сфере, может заведовать производством? Это очень жестокий человек. Случай был: девочка забыла поставить пробы, а Беззубова девочку просто избила на глазах у всех она ее просто била. Била руками, как, знаете, мужчины дерутся, вот так вот она била руками. Это возможно такое? Я вот в шоке. Почему Беззубова пришла работать в эту колонию? Наверное, потому что у нее муж прокурор.
  • Я была в отряде хозяйственной обслуги, у меня была ставка: я получала 2800-3000 тысячи за месяц. Девочки, которые работают на фабрике, получают копейки: 100 рублей, 150 рублей. Это на самом деле правда, я не преувеличиваю. И если наблюдательная комиссия туда поедет, поднимет карточки осужденных, посмотрят, сколько заработная плата, они придут в ужас. Бригадиры получают астрономическую сумму, как, знаете, средняя техничка получает у нас в Питере: 15-17 тысяч, до 20 тысяч, а то и больше.
  • ***
  • Бывали при вас, в тот момент, когда вы отбывали наказание в ИК, бывали ли случаи физического воздействия на заключенных?
  • Абсолютно, и они есть, и я думаю, и будут, и были. Да.
  • Кто, кто этим занимается? Кто заправляет всем этим?
  • Кто этим заправляет – директор фабрики. У него есть непосредственно бригадиры, на каждой бригаде есть бригадиры. Это женщины, которые большесрочники, которые в этой колонии сидят продолжительное время, или сидят не по одному разу в этой колонии, которых администрация знает.
  • За что бьют?
  • За невыполнение нормы выработки.
  • ***
  • Вот буквально, перед тем, как мне домой уходить, Майя Украинец, девочка наша, питерская, она вышла в закройный цех работать с карантина. Буквально проработала неделю, это было в тот момент, когда Кулешов загнал всю фабрику работать на двое суток, ей отрезало пальцы. Она работала в закройном цехе, и ей отрезало пальцы. Три, по-моему, пальца ей отрезало. Три пальца на правой руке, представляете? Это шок какой. Она парикмахер, девочка. Вы знаете, ее увели на больницу. Через неделю ее привезли обратно, и она также работает на фабрике. Я уходила домой, она также работает на фабрике, также работает в закройном цехе. Она долечивалась в колонии и работала на фабрике. Ей перевязки делали в санчасти.
  • ***
  • Скажите, пожалуйста, больные туберкулезом работают отдельно в промышленной зоне или совместно со здоровыми заключенными?
  • Они все вместе работают. Есть отряды… 7 отряд и 7а, по-моему, но они работают все вместе.
  • А скажите, пожалуйста, вообще, приезжают какие-то проверки, прокуратура, обращаются ли по таким вопросам заключенные к прокурору, когда он приезжает?
  • Там невозможно обратиться. Была бы возможность, конечно, обратились бы…
  • Понимаете, это Республика Мордовия. Нам сказали так: «где начинается Мордовия, там заканчивается закон».