Рекомендации Совета при президенте по итогам совещания в Карелии

Совет отмечает, что в пенитенциарных учреждениях Карелии сложилась отлаженная, последовательная и успешно функционирующая система нарушения прав человека, направленная на:
— применение пыток, жестокого и унижающего обращения и наказания;
— использование режима отбытия наказания для достижения целей, несовместимых с целями наказания, установленными российским законодательством;
— эксплуатации труда осужденных;
— реализацию садистских наклонностей отдельных сотрудников УИС;
— создания обстановки мнимого благополучия в УИС Республики Карелия.
Такая ситуация стала возможна благодаря:
— самоустранению руководства Федеральной службы исполнения наказания от контроля за деятельностью УИС Карелии;
— поддержки политики нарушений прав человека со стороны судебных органов Карелии и органов СК РФ по Республики  Карелия;
— недостаточно активной позиции Прокуратуры Республики;
— слабости Общественной наблюдательной комиссии, лишь 2 членов которой из 5 посещают места принудительного содержания, в связи с чем за весь 2016 год состоялось всего лишь 20 посещений мест принудительного содержания со стороны членов ОНК.
Типичные  нарушения прав человека проявляются в следующем.
По крайней мере в 2 учреждениях УИС Карелии практикуется применение пыток и жестокого обращения.
Так, по информации адвокат Комакина, ему на избиения жаловались:
— Ш. К*** из ИК – 7, которого избивали 2 раза в день, заставляли садиться на шпагат, разорвав паховые связки;
— М. М*** из ИК -7, который сообщил, что его подвешивали на наручниках, избивали  резиновым молотком по пяткам, наносили  удары по почкам молотком через толстую книгу; такие пытки применялись ежедневно в течение 2 мес.; во время данных пыток были сломаны кости черепа и челюсть.
По информации освобожденного из ФКУ ИК № 7 Карелии О***** К, он был помещен в 2010 году в камеру ШИЗО за то, что отказался избивать других осужденных. После этого он находился  в СУОН, а затем  5 лет содержался в одиночке. Некоторое время его били каждый день. Он слышал, как от боли кричал Ш******. Он отметил, что есть сотрудники, которые никогда не издеваются над осужденными. Вместе с тем ряд сотрудников систематически издеваются над осужденными. К их числу относятся инспектора М******, Р******, Н****** и ДПНК Ю*** , который обучает молодых сотрудников избивать осужденных.
Будучи опрошенным 08.02.16 в ЦВСИГ УВД Карелии, освобожденный Т****** сообщил, что освободился из ФКУ ИК № 1 28.11.16. В ноябре 2015 года он прибыл в карантин  ИК-1,   где был избит в день поступления дневальным карантина, который бил его палкой по пяткам и почкам. Дневальный требовал от него взять на себя какое-либо преступление по ст. 105, 131 или 132 УК РФ,  утверждая, что тот не будет сидеть по одной статье. Однако Темиров отказался это сделать. Утверждает, что после его отправки в больницу в карантине и в 3 отряде убили 2 осужденных. Фамилии их назвать не смог. В 3-й отряд «кидают на прожарку», то есть в нем дневальные избивали непокорных осужденных. 4 мес. назад в отряде убили одного из осужденных. Его самого избивали 4 раза, но били только в карантине. В его присутствии избивали других осужденных.
По информации адвоката К….. Л.Л. им опрошен осужденный Р******* из ЛИУ № 4, которого стали преследовать за подачу жалоб. Р…… было объявлено взыскание за то, что во время пресловутой радиолекции о правах заключенных он перекрестился. Фантазия сотрудников учреждения не знала границ: они заставили Р***** писать объяснительную во время уборки камеры. Р****** пытался отказаться, сказав, что не будет этого делать, так как в этом случае его обвинят в нарушении режима: вместо того, чтобы убирать камеру, он что –то писал. Его уверили, что ничего подобного не произойдет. Он написал объяснительную, после чего его обвинили в том, что вместо уборки камеры он писал письмо домой. Рухтаев  рассказывал, как его били молотком по пяткам, объясняя, что его бьют за жалобы на врача.  Начальник учреждения сказал Р******, что, если он будет жаловаться, то избиения продолжатся и он умрет. Затем  его поместили в холодную камеру, несмотря на наличие у него туберкулезного заболевания.
Осужденного П******** в ЛИУ № 4 лечили от туберкулеза, которого у него не было, теперь его надо  лечить  от последствий лечения от туберкулез. П********  стал жаловаться, но ему вначале стали угрожать, что  будут избивать за жалобы,. Затем  сажали на шпагат и избивали. В конце концов,  П******** 15 января 2017 года заставили отказаться от поданной им жалобы.
Адвокатом М…….. К.А. были опрошены осужденные А****** и А******. Данные осужденные жаловались ему на избиения со стороны осужденных –активистов в карантине при поступлении в ИК. Они рассказывали о том, что осужденных не только бьют, но и ставят на растяжку, заставляют стоять в неудобных позах. В случае жалоб угрожают избиением либо привлечением  к ответственности за заведомо ложный донос. После встречи М******** с Уполномоченным по правам человека Т.Н. Москальковой его поместили в ШИЗО.  Преследование М******* продолжается до сих пор.
Чтобы избежать издевательств, осужденные вынуждены устраиваться на бесплатную работу.

По информации адвоката Маркина, иногда устраиваются учебные проверки, когда за проверяющего выдается незнакомый осужденным человек, после тех, кто ему пожаловался, вызывают и предупреждают, чтобы они не жаловались.
Опрошенный в ЦВСИГ К******* рассказал о том, что освободился в ИК № 7 до 21.12.17. Работал в запираемых помещениях уборщиком. 2 раза в день каждая новая смена  бьют всех, кто водворен в ШИЗО  при заступлении новой смены на службу. Бьют пластмассовыми киянками с деревянными ручками, изготовленными на промзоне колонии для ШИЗО. Киянки  хранятся у дежурного по ШИЗО.  Чаще всего бьют сотрудники Мезенцев, Нелюбин, а также Величко и его смена. Избиения, производятся в коридоре и особенно часто в прогулочном дворике. Людей заставляют становится на растяжку, после чего сотрудники ногами раздвигают ноги до состояния шпагата. Его самого не били, но видел многократно, как бьют других.
Практикуется создание пыточных условий содержания. Например,  пытки громкой музыкой и передающихся через звукоусилительное устройство лекцией о правах заключенных. Особые страдания доставляет то, что лекцию продолжительностью 5 минут повторяют по 18 раз в день. При этом вместо радиоточек установлены громкоговорители. Освобожденный О. К…….. подтвердил громкое включение музыки, а также злоупотребление зачитыванием информации о правах осужденных.
Нарушаются санитарно-бытовые условия: не выдается личное белье,  туалетные принадлежности выдаются только 1 раз в неделю.
Из колонии  ФКУ ИК № 7 не отправляются  жалоб на администрацию ИК.
Процветают преследования осужденных по религиозным мотивам. Так, на письменные жалобы об отказе в приеме свинины мусульманам отвечают, что Россия – светское государство. Осужденный Г******* находится с ШИЗО с 19 сентября 2016 года за то, что во время радиолекции совершает намаз; первоначально попал в ШИЗО за то, что тайно, не попадаясь на глаза администрации пытался не есть свинину; однако сотрудник Матросов заставлял есть эту запрещенную для мусульман еду.

Практикуется применение дисциплинарных взысканий по надуманным основаниям.
Так, осужденный  О. К……., отбывавший наказание в  ФКУ ИК № 7, был водворен  в  ШИЗО за отказ пройти мед. осмотр в связи с его же собственными жалобами на состояние здоровья. Решением Сегежского суда данное взыскание было признано обоснованным.
В некоторых учреждениях УИС Карелии для осужденных создаются невыносимые материально-бытовые условия.
Из жалобы А. З******* следует, что в отряде № 3 ФКУ ИК № 1 на 80 человек приходится всего лишь 3 унитаза и 4 умывальника. При этом на заправку кровати, умывание и посещение туалета осужденным отводится всего лишь 10 минут. Прокурорской проверкой подтверждено, что  в жилых помещениях на 1 осужденного приходится менее 2 м. кв. площади, нарушенынормативы обеспечения осужденных умывальниками. В связи с этим в адрес УФСИН России по Республике Карелия было внесено прокурорское представление.
В запираемых помещениях ФКУ ИК № 7 музыка включена настолько громко, что, как можно увидеть из видеозаписей, представленных прокуратурой,  и записей объяснений, полученных адвокатами, не слышно речи человека, который стоит в нескольких метрах от говорящего.
Для изощренной системы издевательств используются полномочия начальников некоторых учреждений, например  ФКУ ИК № 7, по разработке распорядка дня.
Так, 01.01.16 начальником  ИК № 7 Коссиевым был утвержден распорядок дня для осужденных ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, который  не предусматривает ни время для физических упражнений, ни личное время, а на посещение туалета и умывание осужденных выделено 5 минут в сутки. При этом умываться и ходить в туалет надо было лишь один раз в сутки.  Вся воспитательная работа с осужденными, помещенными в запираемые помещения была направлена на то, чтобы поймать их на нарушениях этого распорядка и наложить новое взыскание в виде водворения в ШИЗО. Так, на осужденного Кузнецова 4 раза налагалось взыскание в виде водворения в ШИЗО, когда тот на несколько минут снял с себя куртку и начал отжиматься. В этих действиях Коссиев усмотрел нарушение и распорядка дня, и формы одежды. После того, как прокуратура эти взыскания отменила, Коссиев пытался оспорить постановления прокурора в суде.
Из этого же распорядка дня видно, что 2 раза по пол часа лица, находящиеся в камерах ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ должны заниматься приемом-сдачей дежурства. При этом каких-либо исключений для лиц, содержащихся в камерах одиночно, не установлено.
Сотрудники прокуроры РК за 2016 год посещали учреждения УИС 113 раз, внесли 115 представлений, по которым было привлечено к ответственности более 170 должностных лиц УФСИН Республики.
Вместе с тем механизм применения мер прокурорского реагирования для защиты прав осужденных используется недостаточно.
Например анализ прокурорского надзорного производства по жалобе Зайцева, из 9 приведенных им аргументов  видно, что частично проверен 1, направлены для проведения проверки материалы еще по 2-м, ненадлежащим образом проверены 2, каким-либо образом не проверялись  вовсе еще 4 (приложение № 1).
При  проверке заявления О. К………. от 2013 года было установлено, что оплаченная им телеграмма, была отправлена из  ФКУ ИК № 7 с опозданием в 5 дней. Тем не менее, мер прокурорского реагирования по данному нарушению предпринято не было.
В дальнейшем Кузнецову при его нахождении в ПКТ  администрация  ФКУ ИК № 7 не позволила во время помывки в бане использовать крем для бритья и после бриться  под предлогом  о том, что хранение указанных принадлежностей во время нахождения осужденного в  ПКТ запрещено. Хотя по смыслу требований К…….. видно, что  он ставил вопрос не о хранении данных предметов в ПКТ, а об их выдаче  при  выводе из  ПКТ  баню, мер прокурорского реагирования по защите нарушенного права Кузнецова предпринято не было,  а Сегежский районный суд также встал на сторону администрации ИК.

Приложение № 1
Материалы переписки с Зайцевым А.Н. ФКУ ИК № 1 Надвоицы, проверку 30.01.16 провел Побединский; сам Зайцев от дачи объяснений отказался

Довод жалобы Проверочные действия Меры реагирования
1)      Нач медчасти Панкрашов  направил на склад лекарства, переданные родственниками, прописанные врачами больницы им. Гааза — выписной эпикриз больницы № 1  МСЧ № 78  подтверждает назначение лекарств, запрет тяжелых физических нагрузок;
— при опросе Панкрашова не выяснено, какие лекарства он оставил Зайцеву, а какие и зачем приказал сдать на склад;
— квитанция о сдаче медикаментов на склад не изучена
Сделан вывод об отсутствии нарушений
2)      Заставляли передвигаться бегом — видеозаписи не истребованы и не изучены;
— осужденные, находившиеся в карантине, по данному обстоятельству не опрошены
Не предприняты
3)      Избили при поступлении в карантин — опрошенные дневальные Власов и Иваненко показали, что со всеми были «предупредительно -вежливыми»;
— видеозаписи не изучены
Материалы направлены в  СК
4)      Запрещали разговаривать между собой — видеозаписи не истребованы и не изучены;
— осужденные, находившиеся в карантине, по данному обстоятельству не опрошены
Не предприняты
5)      При представлении сотруднику осужденных заставляют кричать — видеозаписи не истребованы и не изучены;
— осужденные, находившиеся в карантине, по данному обстоятельству не опрошены
Не предприняты
6)      Передвигаться можно только бегом лицом вниз — видеозаписи не истребованы и не изучены;
— осужденные, находившиеся в карантине, по данному обстоятельству не опрошены
Не предприняты
7)      Дневальные Власов и Иваненко потребовали 300 тыс. руб., угрожая тем, что опустят, Зайцев и они звонили его брату, который передал их человеку 100 тыс. руб. — опрошено 11 осужденных, которые показали, что Зайцева никто не избивал, он пожаловался на боли в сердце и его госпитализировали, Зайцев говорил о том, ито придерживается воровских традиций, хочет дать взятку, чтобы его отправили в  ЛПУ  в Ленинградской области;
— брат Зайцева не опрошен;
— детализация телефонных переговоров брата Зайцева не получена
«объективного подтверждения вымогательства денежных средств не получено»; Сегежскому прокурору дано поручение провеасти проверку
8)      В отряде № 3 на 80 человек всего лишь 3 унитаза; при этом на заправку кровати, умывание и посещение туалета отводится 10 минут Выявлено нарушение нормы обеспеченности жилой площадью и умывальниками, однако про унитазы ничего не говорится Будет внесен акт прокурорского реагирования
9)      Осужденный Радулов забит в мае 2016 года до смерти, а Е. доведен до самоубийства По факту смерти С. и самоубийства Г. вынесены постановления об  ОВУД Факт признан не подтвердившимся

Суды за редким исключением становятся активными участниками нарушений прав человека.
Так, например, решением Сегежского суда от 29.07.15 по жалобе Кузнецова на то, что ему после  бани не выдали чистые носки и он был вынужден ходить в грязных носках, жалоба была оставлена без удовлетворения, так как К.… согласно записям журнала учета помывки осужденных К….. претензий не имел.
Решением Сегежского суда от 25.12.15 Кузнецову было отказано в отмене взысканий объявленных за то, что:
— по приказу инспектора он не встал в позу «ноги «вместе, пятки и носки вместе», установленную приказом № 320 от 12.2014, хотя предметом приказа не может быть установление поз для осужденных;
— не соблюдал требования вежливого обращения, обратившись к другому осужденному на «ты».
Решением Сегежского суда от 29.06.15 Кузнецову отказано в снятии взыскания объявленного за то, что при выдаче постельных принадлежностей в вчерне время он не поздоровался с сотрудником и не произнес доклада по установленной форме, то есть в докладе дежурного по камере произнес не все положенные слова.

Еще более активно на сторону нарушения прав человека  становятся органами Следственного Комитета России. Так, из постановления, вынесенного зам начальника Сегежского СО Стребковой  об отказе в возбуждении уголовного дела по жалобе Г……. на применение к нему пыток видно, что:
—   не дана оценка постановления и.о. начальника  ИК Серова о водворении Г. в  ШИЗО за то, что молился во время выдачи осужденным письменных принадлежностей, т.к «совершение религиозных обрядов разрешено только в личное время»;
— не дана оценка постановления Коссиева о водворении Г. в  ШИЗО за то, что тот молился  во время, отведенное для прослушивания радиопередач и написания корреспонденции;
— при этом автор постановления не только признает данные постановления законными и обоснованными, но и указывает, что при водворении в  ШИЗО  учитывался характер допущенных  нарушений;
— хотя Г. ясно указывает на то, кто, где и когда подверг его избиению, данные ни видеозаписей с переносных, ни со стационарных камер не истребованы;
— хотя постановление многословно и содержит ряд ненужных деталей, опрошено более 10 свидетелей, однако показания свидетелей о том, был ли конфликт, что происходило во время него, кто находился на месте  конфликта не изложены.
Осужденный З. (ФКУ ИК № 1) показал заместителю начальника Сегежского СО СК РФ Стребковой список свидетелей, попросив не показывать этот список сотрудникам ИК. Однако после этого данный  список оказался у сотрудников ИК.

В связи с этим Совет по правам  человека рекомендует:
1)            ФСИН России:
— издать разъяснение о том, что громкость звука в камерах от работающего радио не должно быть не выше, чем 60 Дб (громкость разговора),
— обеспечить возможность регулирования громкости работы радиоточки, установленной в камере,  изнутри камеры;
— установить специальный рацион питания для лиц, которые не могут есть свинину или мясные продукты в силу своих религиозных убеждений;
— при наличии у сотрудника видеорегистратора во время конфликта с осужденным в обязательном порядке включать видеорегистратор, возложить на сотрудника обязанность обеспечить передачу ДПНК сделанной им видеозаписи, возложить на ДПНК обязанность хранения данной записи, возложить на начальника колонии обязанность направлять видеозапись прокурору и подразделение Следственного Комитета, а по требованию ОНК – представителям ОНК.
— убрать видеокамеры из кабинетов для свидания осужденных с адвокатами, как приводящими к нарушению адвокатской тайны;
— всех заключенных, давших объяснения адвокатам о применении к ним или иным лицам недозволенных методов воздействия, перевести в учреждения УИС Ленинградской области;
— разработать механизм своевременного уведомления родственников о переводе осужденных из СИЗО в другие учреждения УИС по просьбе переводимого лица;
— обеспечить передачу раствора для линз содержащимся в учреждениях УИС лицам, использующим глазные линзы;
— организовать подготовку руководителей учреждений УИС и их заместителей в части воспитания уважения к религиозным верованиям осужденных и иных лиц;
— привести распорядки дня, принятые  для запираемых помещений исправительных учреждений в соответствие с законодательством и здравым смыслом.

2) Следственному Комитету РФ:
— возбудить уголовные дела по каждому из фактов применения недозволенного насилия и нарушения религиозных прав осужденных,  описанному выше;
— распространить  на заявителей программу защиты потерпевших и свидетелей;
— передать проверку жалоб на применение пыток сотрудникам ЦА ГСУ СК России;
— разработать минимальный процессуальный стандарт проведения проверки жалоб на применение пыток.

3) Прокуратуре Республики:
— произвести проверку работы надзирающих прокуроров, закрепленных за ФКУ ИК № 7, ИК № 1, ЛИУ № 4, принять меры к повышению качества и эффективности прокурорского надзора;
— провести проверку реализации трудовых прав осужденных ИК № 1 и иных учреждений УИС Карелии,  в т.ч. в части оплаты их труда;
— провести проверку порочной дисциплинарной практики, сложившейся в учреждениях УФСИН России по Республике Карелия, принять меры прокурорского реагирования, направленные на отмену необоснованно наложенных взысканий.

4) УФСИН России по Карелии:
— увеличить в ФКУ СИЗО № 1 и ПФРСИ при ИК № 9 количество следственных кабинетов;
— увеличить размер локального участка колонии-поселении при ИК № 9;
— ликвидировать нарушение, связанное с ношением в нерабочее время форменной одежды в участке КП при ФКУ ИК № 9;
— не допускать наложение взыскание на осужденных по надуманным основаниям (так, перед подачей документов на условно- досрочное освобождение на осужденную С.В. Чечиль было наложено взыскание за то, что находясь в туалетной кабинке она не поздоровалась с проходящим рядом сотрудником.
— допустить к осужденному  Шургая Коба независимого врача-специалиста.

5) Генеральной прокуратуре  РФ:
— создать постоянно действующую рабочую группу   с участием представителей ФСИН, СК РФ, УПЧ России, СПЧ для проверки жалоб.

6) Правительству Республики Карелия:
— для повышения эффективности работы Общественной наблюдательной комиссии предоставить ОНК офисное помещение площадью не менее 60 м. кв.;
—  предоставить ОНК  транспорт для выезда в МПС.

ОРИГИНАЛ.


Смотрите также:

Итоги выездного заседания в Карелии подвели на совместном заседании с советом по правам человека при главе региона

иректору ФСИН России
Г.А. Корниенко

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО.

Уважаемый Геннадий Александрович!

В ноябре 2016 года вся страна узнала о том, что в исправительной колонии № 7 УФСИН России по Республике Карелия к осужденным применяется чрезмерное насилие, которое, по мнению правозащитников, носит характер пыток.

В декабре 2016 года Президентский Совет по правам человека принял решение о посещении колоний и СИЗО  Карелии.
В начале февраля 2017 года, за несколько дней до поездки стало известно о том, что ФСИН России принято беспрецедентное  решение о недопуске членов Президентского Совета в карельские колонии и СИЗО.

История посещения представителями российского гражданского общества российских тюрем насчитывает 2 столетия. В 1819 году по инициативе министра просвещения кн. А.Н. Голицына и английского правозащитника Джона Веннинга было создано Попечительское о тюрьмах общество.  Как и Совет по правам человека, Общество находилось  под покровительством высшего должностного лица страны – в то время Императора. Вместе с членами Общества в тюрьмы пришли книги, медикаменты, прекратились издевательства над заключенными и казнокрадство.
В середине 1990-х годов, когда до создания Общественных наблюдательных комиссий оставалось еще более десятилетия, сотни волонтеров  десятков  правозащитных организаций  посещали колонии и СИЗО в почти половине регионов страны. Это было время, когда не было денег на ремонт камер и общежитий, а сотрудники, оказавшись перед выборов – получить зарплату или накормить заключенных добровольно шли на то, чтобы часть своей зарплаты направить на питание заключенных. Правозащитники 1990-х годов посещали учреждения УИС не ради развлечения: они сыграли огромную роль в том, что российская уголовно- исполнительная система была передана Минюсту, были защищены права не только заключенных, но и сотрудников, улучшилось финансирование пенитенциарной системы, снизилась смертность и численность заключенных,  в большинстве учреждений прекратилась практика жестокого обращения с заключенными. Я думаю, что не ошибусь, написав, что открытость российской пенитенциарной системы середины 1990-х годов перед гражданским обществом, доверие общества  к тогдашним руководителям ГУИН стало важнейшим фактором, который позволил не допустить социального взрыва в российских тюрьмах.

Право представителей гражданского общества на посещение учреждений ФСИН закреплена в Федеральном законодательстве.  Как журналисты, так и иные лица вправе посещать учреждения УИС по специальному разрешению администрации этих учреждений и органов либо вышестоящих органов. Так гласит часть 3 ст. 24 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.  Президент, прокурор, депутаты, члены ОНК вправе посещать без разрешения. Иные лица, в т.ч.  члены СПЧ – по разрешению.
Наверное, должны быть какие –то критерии, на основании которых Вы и подчиненные Вам должностные лица, принимают решения о том, кого в колонии впустить, а кому – отказать.

Вряд ли я ошибусь, если  скажу, что такими критериями должно  стать наилучшее  и наиболее полное соблюдение прав человека (этого требует ст. 18 Конституции РФ), достижение целей наказания (а их три – исправление осужденного, не допущение совершения им нового преступления, достижение социальной справедливости), обеспечение общественной безопасности, защита  прав потерпевших, защита общественных интересов.

Если исходить из этих критериев, то не мы должны были бы просить Вас пустить нас в карельские колонии, а Вы   должны были просить нас найти время,  и хотя бы день, хотя бы пару часов  провести в них, чтобы независимым взглядом увидеть нарушения и помочь Вам их устранить.

Удивлен и огорчен тем, что у Вас оказались совсем иные критерии относительно того, кого пускать в учреждения, а кого – нет.

Впрочем, не исключено , что наши и Ваши цели не совпадают.

Наши цели просты:
— снизить уровень коррупции в УИС;
— не допускать, чтобы  в вверенных Вам учреждениях применялись пытки, жестокое обращение и наказание;
— снизить уровень послетюремного рецидива;
— обеспечить достижение целей уголовного наказания.

Если наши цели совпадают,  то Вам еще не поздно исправить ошибку.

Если наши цели настолько различны,  что  члены Президентского Совета  рассматриваются Вами, как угроза ставящимся Вами целям, то прошу Вас  проинформировать меня о мотивах  Вашего решения о недопуске  членов СПЧ в колонии УФСИН России по Республике Карелия, других  многочисленных отказах членам СПЧ в допуске в учреждения ФСИН России.

Хочется верить, что меняя курс на открытость российских тюрем, и создавая в них условия для пыток и беспредела, Вы  понимаете, что принимаете важное историческое решение, которое повлияет на судьбы и благополучие многих миллионов людей, и более того —  обеспечит Вам  в глазах Ваших  собственных сотрудников и потомков совершенно определенную историческую оценку.
И все –таки я надеюсь, что  в борьбе за права человека, эффективную тюрьму, защиту прав заключенных, сотрудников, потерпевших мы с Вами  союзники, а не оппоненты.

С искренним уважением,
А. В. Бабушкин

ОРИГИНАЛ


Судьба дала Карелии очень и очень многое – прекрасную природу, широкие просторы, близость к Европе, умных и трудолюбивых людей. Тем не менее, уголовно- исполнительная система Карелии – одна из самых проблемных в России.

Об этом шла речь на круглом стола «Актуальные вопросы соблюдения прав человека в местах принудительного содержания», состоявшемся в Национальном музее Карелии в рамках выездного заседания Совета по правам человека в г. Петрозаводске.

Хотя толчком к приезду стала ситуация с Ильдаром Далиным, разговор шел не столько о Дадине, сколько о ситуации в целом.

Круглый стол собрал членов СПЧ, членов ОНК Карелии, заместителя прокурора, Уполномоченного по правам человека Карелии, представителей ФСИН России, ГСУ СК по Карелии и МВД России. Однако представитель  УФСИН России по Республике Карелия на круглом столе отсутствовал. Такова была воля Москвы,  которая потребовала от меснго управления затаиться и не высовываться.

Вел мероприятие М.А. Федотов, а помогал ему я.

Член СПЧ Игорь Каляпин рассказал о том, что по поручению  М. Федотова был в Карелии в ноябре 2016 года. Именно тогда он впервые столкнулся с тем, что в посещенных им колониях от членов Президентского Совета стали скрывать  документы о имеющихся у осужденных взысканиях, запретили пользоваться диктофонами, жестко ограничили по времени, в связи с чем работа членов Совета оказалась сорвана.  Что же должно происходит в учреждениях УФСИН Карелии, если здесь бояться давать документы? – удивился Игорь.  Он пояснил, что члены Совета не выступают в интересах заключенных или иных заявителей,  а хотят разобраться в ситуации и проинформировать общество от наличии или отсутствии  нарушений прав человека в УИС Карелии.
Адвокат Комакин М.А. рассказал о том, что произвел опросы осужденных в 3 колониях колонии. Им получено 5 групп жалоб:
— жалобы на избиения (Шургая Кобу из ИК – 7 избивали 2 раза в день, заставляли садиться на шпагат, разорвав паховые связки; Мгояна Мишу из ИК -7 подвешивал на наручниках, избиение резиновым молотком по пяткам, наносили  удары по почкам молотком через толстую книгу; такие пытки применялись ежедневно в течение 2 мес.; во время данных пыток были сломаны кости черепа и челюсть; с 13 января отправленное по почте заявление адвоката не принимается );
— жалобы на пыточные условия содержания (пытки громкой музыкой и передающейся звукоусилительное устройство лекцией о правах заключенных; лекцию продолжительностью 5 минут повторяют по 18 раз в день; при этом вместо радиоточек установлены громкоговорители);
— нарушение санитарно-бытовых условий (не выдается личное белье,  туалетные принадлежности выдаются только 1 раз в неделю);
— не отправление из колонии жалоб на администрацию ИК;
— преследования по религиозным мотивам (на письменные жалобы об отказе в приеме свинины мусульманам отвечают, что Россия – светское государство; осужденный Габзаев находится с ШИЗО с 19 сентября 2016 года за то, что во время радиолекции совершает намаз; первоначально попал в ШИЗО за то, что тайно, не попадаясь на глаза администрации пытался не есть свинину; однако сотрудник Матросов заставлял есть эту запрещенную для мусульман еду).
Бывший осужденный Олег Кузнецов рассказал о том, что был помещен в 2010 году в камеру ШИЗО за то, что отказался избивать других осужденных. После этого он находился  в СУОН, а затем  5 лет содержался в одиночке. Некоторое время его били каждый день. Он подтвердил громкое включение музыки, а также злоупотребление зачитыванием информации о правах осужденных.  Слышал, как от боли кричал Шургая. Он отметил, что есть сотрудники, которые никогда не издеваются над осужденными, однако не стал называть их фамилий, чтобы у них не было неприятностей. Зато те, кто чаще всего позволяют себе жестокое обращение были им названы: это — инспектора Мезенцев, Радевич, Нелюбин и ДПНК Юрий Михайлович Юрлов, который обучает молодых сотрудников избивать осужденных. До 2012 года практиковалось определенное соблюдение прав заключенных, однако с 2012 года началось планомерное ухудшение ситуации.
Адвокат Крикун Л.Л. рассказал о жалобах осужденного Рухтаева из ЛИУ № 4, которого стали преследовать за подачу жалоб. Рухтаеву было объявлено взыскание за то, что во время пресловутой радиолекции о правах заключенных он перекрестился. Фантазии сотрудников учреждения не знают границ: они заставили Рухтаева писать объяснительную во время уборки камеры. Он сказал, что не будет этого делать, так как в этом случае его обвинят в нарушении режима – вместо того, чтобы убирать камеру, он что –то писал. Его уверили, что ничего подобного не произойдет. Он написал объяснительную, после чего его обвинили в том, что вместо уборки камеры он писал письмо домой.  Он рассказал, как его били молотком по пяткам, объясняя, что его бьют за жалобы на врача.  Начальник учреждения сказал Рухтаеву, что , если он будет жаловаться, то избиения продолжатся и он умрет. Затем  его поместили в холодную камеру, несмотря на наличие у него туберкулезного заболевания.
Осужденного Примерина в ЛИУ № 4 лечили от туберкулеза, которого у него не было, теперь его надо  лечить  от последствий лечения от туберкулез. Он стал жаловаться и ему стали  угрожать, что его будут избивать за жалобы, сажали на шпагат и избивали. В конце концов,  Примерина 15 января 2017 года заставили отказаться от поданной им жалобы.
Адвокат Маркин К.А. рассказал об опросе осужденных в ФКУ ИК № 1 Александра Зайцева и Анзора Мамаева. Данные осужденные жаловались на избиения со стороны осужденных –активистов в карантине при поступлении в ИК. Они рассказывали о том, что осужденных не только бьют, но и ставят на растяжку, заставляют стоять в неудобных позах. В случае жалоб угрожают избиением либо привлечением  к ответственности за заведомо ложный донос. После встречи Мамаева с Уполномоченным по правам человека Т.Н. Москальковой его   поместили в ШИЗО.  Преследование Мамаева продолжается до сих пор.
Заключенный Зайцев из ИК -1 показал заместителю начальника Сегежского СО СК РФ Стребковой список свидетелей, попросив не показывать этот список сотрудникам ИК.  После этого данный  список оказался у сотрудников ИК.
Чтобы избежать издевательств, осужденные вынуждены устраиваться на бесплатную работу.
Маркин рассказал, что иногда устраиваются учебные проверки, когда за проверяющего выдается незнакомый осужденным человек, после тех, кто ему пожаловался, вызывают и предупреждают, чтобы они не жаловались.
Уполномоченный по правам человека Карелии А.С. Шарапов  обратил внимание на то, что такие жалобы можно проверить только следственным путем.   Уполномоченный был вынужден обратиться к директору ФСИН  по вопросу непоступления жалоб осужденных, адресованных ему лицами, отбывающими наказание в Карелии. Однако в УФСИН его пытались  убелить, что заявления теряются на почте.
М.А. Федотов предложил изучить ситуацию с теми 46 осужденными, которые скончались в ИУ в последние 3 года, несмотря на попытки их освобождения по болезни.
Первый зам прокурора Республики пригласил членов Совета изучить переписку с лицами, которые жалуются на пытки и иные нарушения условий содержания. Прокуроры за год посещали учреждения УИС 113 раз, внесли 115 представлений, по которым было привлечено к ответственности более 170 должностных лиц УФСИН Республики.
Заместитель руководителя СУ СК по Карелии стал защищать позицию следствия по жалобам на применение пыток.  К сожалению, из его выступления я не почувствовал  его заинтересованности в борьбе с пытками.
Начальник отдела по правам человека ФСИН России А.В. Кузнецов призвал добиваться, чтобы к осужденным не применялись иные меры воздействия, чем предусмотрены приговором суда. Может быть я чего-то не понимаю. Но мне стало как-то неловко за руководство ФСИН России, которое подставило Александра Владимировича, отправив его отдуваться и за московских генералов и за карельских коллег.
По итогам  круглого стола были выработаны рекомендации.
Однако об этих рекомендациях, а также о результатах знакомства с материалами прокуратуры по проверкам жалоб осужденных я расскажу уже завтра.

ОРИГИНАЛ