Письмо осужденного ИК-1 Карелии Татьяна Москальковой

Заявление

Я, осужденный Кердалев Геннадий, отбываю наказание в республике Карелии ФКУ ИК-1 сентября 2015 года. За этот период времени я неоднократно  подвергался моральному и физическому давлению. Прибыв в ФКУ ИК-1, меня поместили в карантинное отделение, куда нас приводит сотрудник ИУ, но дойдя до ворот отделения карантина, сотрудник ИУ уходит, а на место него  выступают так называемые «активисты». Еще они именуются добровольно пожарная дружина. Открываются ворота и крик, шум, это все сопровождается матом и рукоприкладством. Выкинув сумку со своими вещами, ты — вдоль стены, опустив голову в землю, ноги на ширине плеч до максимума — стоишь, ждешь покамест, не поступит команда бегом взять матрасы и под крики «активистов» бежишь его выбивать хлопушкой, и эта процедура проделывается всеми вновь прибывшими, объясняя это тем, чтобы понимали, куда попали. На сегодняшний день 19.06.17 года изменений нет, и на протяжении 14 суток под чутким руководством «активистов» подвергаешься моральному и физическому натиску.

Также спустя пару дней меня вызвали в вещкаптерку. Объяснили, что Карелии уже много лидирует по раскрываемости преступлений, если я не желаю быть избитым, то должен написать явку с повинной. Мне нечего было рассказывать, меня повалили на пол, начали избивать палкой, потом один из активистов сел на меня, выкрутив ноги, начали бить по пяткам ног. Хоть мне нечего было говорить, я сознался в выдуманных преступлениях за явки с повинной в ИУ нес ответственность. Оперативный сотрудник написав явку с повинной меня вызвал оперативник ИУ Капейкин Д. С., который со знанием дела подробно узнал у меня не обманываю, и что будет если я обману, он тоже объяснил, что он в этом случаи скажет «активистам» и я пожалею. Также я заручился его поддержкой, чтобы по выходу из карантина попасть к нему в отряд, слово оперативный сотрудник сдержал, попал я в отряд, который курировал он, также мне объяснил, что выйду в познакомлюсь с комендантом отряда, найду общий язык, и все будет хорошо.

Придя в отряд в первый день, я познакомился с комендантом отряда, спустя пару дней меня позвал комендант, в корректной форме он объяснил, что по его информации я денежно способный, во избежание проблем мне ему необходимо дать 50 тыс. руб. Прошу обратить внимание, что оперативный работник на протяжении дней, которые я был в отряде, приходит в отряд и подолгу наедине общался с комендантом отряда, неоднократно комендант подходил ко мне с просьбой, чтобы я дал сигарет, кофе для угощения оперативного работника. После моих отказов  с 50 тыс. рублей на меня пытались надавить, и сумма снижалась вследствие, просились хоть сто долларов,в итоге данный прецедент, а может и ряд прецедентов стала известна зам. начальлника ИУ. Меня вызвали и пообещали, что <…> рецидив преступления, т.к. он у меня есть.

Пробыв пару-тройку месяцев в новом отряде, к нам в ИУ приехала правозащитная организация.  В ИУ не прекращались избиения, вымогательства, также  за короткий период времени два убийства. Первый случай в карантинном отделении, человека забили в прямом смысле этого слова, а виновных по сей день так и не наказали, а во втором случае человек покончил жизнь самоубийством, повесился, морально не выдержал. В правозащитной организации взяли с нас объяснение опубликовали, с тех пор примерно с 2016 года по сегодняшний день июнь 2017 года на меня оказывают давление морально-психологическое.  Администрация ИУ на протяжении полугода, вызывая на прием, угрожали, требуя, чтобы отказался от адвоката, также чтобы написали опровержение показаниям, которые правозащитники записали с наших слов, сначала руководство И.У. ограничивалось беседами, угрозами вызывая регулярно порой до отбоя некоторых и после отбоя, что запрещено законом, при беседах не брезговали, угрожали аморальными действиями в данном И.У. Администрация руками «активистов», деятельность чья запрещена в И.У., в данном случае на сегодняшний день их услугами активно пользуются, а они не брезгуют, методы разные, избиение, вымогательство, моральные давления, администрация покрывает все, что может. После очередных разговоров, угрозы, можно так назвать, мне по выдуманным причинам <начали> выписывать выговора с выдворением в штрафной изолятор. Я, насколько что возможно, оспаривал их действия в Прокуратуре по надзору за соблюдением прав Республики Карелии, безрезультатно, прокуратура дала совет, искать точки прикосновения с Администрацией. После очередной встречи с Прокурором Администрация ИУ с новой силой начала оказывать моральное давление и показывая свое безразличие на прокуратуру, а возможно наоборот, показывая свое хорошее отношение. Администрация И.У. не скрывая своих намерений и пользуясь услугами «активистов», у меня начали пропадать вещи. Начальник моего отряда, который активно участвовал в моих нарушениях и неоднократно при беседах угрожал физической расправой, и в очередной раз по ложным сведениям оформляя документы в штрафной изолятор, не соблюдая при этом никаких норм прописанных в законе. Не выдержав данной морально-психологического давления 13.05.17 хотел покончить жизнь самоубийством, перерезал на обеих руках вены, потерял много крови 2 л 500 г, впал в кому, очнулся в Ц.Р.Б. г. Сегежа в хирургическом реанимационном отделении после пробуждения, спустя полчаса я был доставлен в И.У. прокапав капельницу, которую мне ставили в Ц.Р.Б. г. Сегежа у меня вынули катетер, больше мед. помощь фактически не оказывали за исключением таблеток и зеленки, а врачи Ц.Р.Б. г. Сегежа дали коробку с медикаментами  и капельницами, но у Администрации И.У. были другие планы.

 

Пробыв в мед.части трое суток со швами на руках в ужасном физическом состоянии, я был водворен в штрафной изолятор, где условия для содержания в состоянии, в котором находился я, мягко говоря, плохое. Бетонные стены, весь день на ногах, присядешь — замерзнешь, ходишь — голова идет кругом, в очередной раз администрация ИУ превышая полномочия, пренебрегая законодательством, Р.Ф. подавляют волю заключенных При разговоре один из сотрудников ИУ сказал, ты должен понять у нас в Управлении писать и жаловаться не принято, с этим придется смириться. Татьяна Николаевна, прошу Вас помочь нам в сложившихся проблемах, по подследственности <В Республику Карелия> прошу не направлять, т.к. Республика ни в чем помочь не сможет, здесь сложенный механизм и противостоять ему в силах лишь Москва.

2017-07-28_18-54-53

 

2017-07-28_18-55-27