Мурату Нагоеву не дают встретиться с нотариусом

В ЗАЛОЖНИКАХ У СИСТЕМЫ. Осужденный Мурат Нагоев (ИК-7, Карелия):

«…начальник ИК-7 Коссиев С.Л. отказался удостоверить доверенность, которую я хочу выдать своему адвокату для представления моих интересов в государственных органах и судах. Он ответил, что по этому вопросу надо обращаться к нотариусу г. Сегежа.

Мой адвокат посетил нотариуса. Тот пояснил, что для встречи с осужденным ему нужно разрешение начальника колонии, а еще копия паспорта осужденного.

18 января я написал начальнику ИК-7 заявление: «Прошу разрешить мне свидание с нотариусом г. Сегежи Оксененко Иваном Владимировичем для удостоверения доверенности на представление адвокату… моих интересов в государственных органах и учреждениях. Также прошу предоставить копию моего паспорта для осуществления выше упомянутых целей».

Это заявление я передал во время обхода Врио заместителя начальника по БОР Дрозду Андрею Петровичу. Попросил его дать мне расписку о приеме заявления, затем письменно сообщить о результатах рассмотрения заявления. В ответ Дрозд А.П. сказал: «Хорошо, все будет по закону».

24 января во время обхода прокурора по надзору Храпченкова Игоря Анатольевича меня вывели к нему на беседу. Я рассказал ему, что 18 января подал начальнику ИК-7 заявление о допуске ко мне нотариуса, но расписку с датой принятия заявления не получил. Прокурор ответил, что с нотариусом обязаны предоставить встречу. И пообещал разобраться.

13 февраля я написал повторное заявление в адрес начальника ИК-7. Начал его словами: «Вторично прошу дать мне возможность реализовать права, предусмотренные пунктами 109, 110 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений. А именно: разрешить мне встречу с нотариусом…» И далее – по тексту первого заявления.

Второе заявление я передал во время обхода помощнику ДПНК, фамилию которого не знаю, но на лицо помню. Вновь попросил предоставить мне расписку о приеме заявления, но мне её не выдали.

В настоящее время я не уведомлен о том, как начальником колонии рассмотрены мои заявления. Допускаю, что они в установленном законом порядке не были рассмотрены, по этой причине нет и письменного ответа от начальника ИК-7.

Это не первый случай, когда теряются мои жалобы и заявления. Такое было и ранее.

В результате я не могу самостоятельно защищать свои права и интересы. При этом руководство колонии чинит мне препятствия и в том, чтобы я оформил доверенность на представление моих интересов иными лицами.

Начальник ИК-7 отказывается сам удостоверить доверенность. И отказывает в доступе ко мне нотариусу. Полагаю, что этими действиями он препятствует реализации моих конституционных прав на обращения в различные органы, лишает доступа к правосудию.»