Адвокатский опрос Нагоева Мурата Зауровича 02.12.2016.

Адвокатский опрос Нагоева Мурата Зауровича, проведенный адвокатом Яшиной С.Н. 02 декабря 2016 года.

Я прибыл в ИК-7 города Сегежа в 17:00 вечера 14 августа 2015 года. Мне сказали вытащить из карманов свои вещи, и положить на сумку, что я и сделал. Затем меня завели в 6-й прогулочный дворик, где я пробыл до 22 часов вечера. Потом меня вывели, сказали забрать свои вещи, и повели на обыск в обысковое помещение. Провели обыск, во флакон дезодоранта “Rexona” мне подкинули лезвия, и на этом основании составили рапорт на водворение в ШИЗО. Эту ночь я провел в этапном помещении (без постельного белья, спал в одежде, на грязных матрасах), форточка отсутствовала, просто отверстие без стекла, был сильный сквозняк. В 5:00 утра меня посетил сотрудник ФСИН Юрий Михайлович (майор) с проверкой, который сходу стал обзывать меня матом, пугал словами: “Ты приехал в Карелию! Мы тебе тут устроим! Прямо сейчас выведем тебя и сломаем”.

Я молча выслушал его брань, затем они ушли. Через некоторое время пришел выводной, и отвел меня к оперативникам, которые расспрашивали меня: “Почему ты такой спортивный, ты знаешь что ты тут будешь свинину есть, ты знаешь, что тут молиться нельзя”. Я молчал и успокаивал себя, так как я ростом 1 метр 90 см, весом 120 кг, спортсмен самбист-дзюдоист, и в случае оказания сопротивления меня предупредили, что будут проблемы. Затем начальник отряда карантина вывел меня в кабинет (свой) и стал уговаривать признаться, что лезвие — моё. Он сам лично составил рапорт. Я, чтобы не развивать события, подписал этот рапорт. В нём было написано, что я стриг ногти и убрал в дезодорант. Я это подписал, чтобы избежать дальнейших проблем.

После этого меня завели к врио начальника ИК Бывшеву А. В., который выписал мне 15 суток ШИЗО. Я был водворён в 14ю камеру ШИЗО на 15 суток с 15.08.15. В этой камере отсутствовала ограждающая перегородка туалета от помещения, в ней была установлена видеокамера на потолке, направленная именно на унитаз (без ободка). В этой камере мне первые три дня не выдавали ни мыла, ни туалетную бумагу, даже пустой бутылки не было, щипчики не выдавали, не мог стричь ногти.

Непосредственного 15.08.15 вечером примерно в 18:15 — 18:30 на проверке я вышел из камеры, мне сказали встать к стене, целовать стенку. Мои ноги растянули — стали делать растяжку, прижимали мои колени к стене, били по пояснице, применяли болевой удар к правому колену, затем выворачивали руку, выбили плечо (до настоящего времени характерный хруст выбитого плеча). И это продолжалось минимум 20 минут. Сотрудники кричали: «Ты здесь сдохнешь, мы тебя повесим». Оскорбляли нецензурной бранью. Спрашивали: «Понял?» Я кивал головой, соглашаясь. И за то, что кивал головой, продолжали бить, чтобы не дёргался. Когда я старался повернуть голову в сторону, чтобы разглядеть их лица и запомнить (чтобы написать жалобу), они меня продолжали бить, чтобы не крутил головой. Я спрашивал их, что им от меня нужно, кричал, что я буду жаловаться. После этого они мне сказали: «Будешь жаловаться — становись в очередь. Это тебе Карелия, а не Кавказ», — и громко смеялись.

На следующий день 16.08.15 во время вечерней проверки ДПНК Юрий Михайлович пришёл ко мне и высказал угрозы, что в случае подачи мною жалоб по вчерашнему случаю он проведёт мне по лицу половым членом, из-за чего впоследствии я буду считаться «опущенным», и тем самым испортит мне жизнь. После этого я решил не жаловаться. Во вторник 1.09.15 пришёл помощник прокурора и вызвал меня, привели в кабинет начальника, при встрече были два помощника прокурора, врио начальника ИК-7 Бывшев А. В. Прокуроры сказали, чтобы я не жаловался, напомнили мне, чтобы я выполнял законы колонии, и сказали, что если я не буду жаловаться, то прокуратура будет радоваться. После такого разговора я понял, что тут жаловаться некому. Сложилось впечатление, что прокуратура и администрация колонии — это одно целое, так как они дружно, любезно общались, иногда употребляя жаргонные выражения.

04.09.15 начальник Коссиев С. Л. уже вернулся с отпуска, в пятничный комиссионный обход пришёл, сказал мне, что у меня будут проблемы «очень большие», если я не буду есть мясо — свинину. По словам Коссиева С. Л. «пища должна поглощаться полностью». В этот же день меня привели к начальнику в кабинет, где на меня написали рапорт о том, что я проспал подъём. Коссиев С. Л. за это мне выписал 10 суток ШИЗО. Я был не согласен с этим, и Коссиев С. Л. пообещал провести со мной задушевную беседу. Коссиев С. Л. дал указание, чтобы со мной провели «задушевную профилактическую беседу».

И вот 05.09.15 на вечерней проверке меня избили, поставили на растяжку. Избивал тот же Юрий Михайлович по той же схеме. 10.09.15 меня перевели в 17ю камеру ШИЗО. 18.09.15 ко мне вновь применили физическую силу также на вечерней проверке. Я понимал это и сохранял спокойствие. Они не знали, каким образом меня задеть. Поставили на растяжку лицом к стене, кричали, били по корпусу, по ногам, спрашивали: «Понял?». Я опять кивал головой, типа понял. И меня ударили молотком по голове, чтобы не мотал головой. После этого избиений не было, только лишь грубое отношение при обысках и т. д. С 10.09.15 по декабрь 2015 года, сидя в 17й камере,я много раз слышал, как избивали регулярно других осуждённых. Точную дату не помню, но могу сказать, что в 35й камере избивали минимум 3-4 раза в неделю Шургая Кобу Шалвовича. Его избивал сотрудник *** Александр, он самый агрессивный и злобный сотрудник. Он старший лейтенант, помощник ДПНК. Когда они приходили его избивать, то требовали от него громко кричать доклад (ФИО, статья, срок, дата рождения, н/с-к/с, куда водворён, за что водворён). В связи с частыми избиениями и хорошей памятью я отлично запомнил данные осуждённого Шургая К. Ш. При избиении его заставляли что-то сделать, что-то подписать. Он кричал: «Нет, нет, не буду! За что?», — его ещё сильнее били. Его так избивали также весь декабрь включительно, ему что-то отбили, и в январе его уже перестали избивать. Возможно, давали подлечиться. 23.01.16 меня перевели в 10ю камеру, там я уже слышал постоянные избиения в камерах с номера 20 по номер 30. Но из-за плохой звукоизоляции я не расслышал фамилии осуждённых, отчётливо слышал их крики о помощи и стоны от боли.

21.04.16 в четверг на утренней проверке Гелисханов Зелимхан Исаевич, он содержался во 2й камере ЕПКТ. С 8:10 утра на протяжении 30-40 минут они его избивали, что-то требовали от него, как я понял, что при обыске они смешали ему все продукты, т. е. сахар с солью и др. Он, возможно, написал жалобу, и они требовали от него отзыва или отказа от жалобы. Также он жаловался на то, что его не выводят на прогулку. Затем его вывели на прогулочный дворик (я это сам видел) и там подвесили его, оставив его там минимум до 21:30 вечера. Закончив проверку, они вернулись за ним. Я слышал, как они его тащили в камеру, а он кричал и стонал от боли.

В начале мая 2016 года я слышал, как в камеру №7 привели Габзаева Хазбулата Эльбрусовича, 1991 г. р., уроженца Чеченской республики, г. Грозный. Его очень сильно избили за то, что он после обеда оставил у себя несколько кусков хлеба, а не сдал обратно, так как оставлять несъеденный хлеб в камере нельзя в этой колонии. Они кричали ему, а именно это говорил *** Алексей: «Мы тебя повесим, прибьём, будешь жрать и с пола будешь жрать». Я так понял, что Габзаев отказывался кушать свинину, так как он им кричал: «Я не кушаю свинину», — а они ему: «Ты, как свинья, будешь с пола жрать». Он просидел в камере №7 целых 5 суток.

После него в этой камере №7 сидел таджик. Данные его не помню. Видел, что он низкого роста. Слышал из его доклада, что у него срок 13 лет общего режима. Он очень плохо говорил по-русски, и они над ним смеялись, издеваясь над ним, заставляли написать явку с повинной или дать, или подписать показания. У него была сломана рука, и они били его по руке, от чего он орал от боли. Они просили его сесть в угол у стены, поднять руки и изобразить обезьянку. Конец срока у него по-моему в январе, 23 или 21 января 2023 года.

В тот же период в мае 2016 года в камере №5 содержался ***. Он больной психиатрическим заболеванием. Он размазывал нечистоты по камере (кал, мочу). Сотрудники приходили и заставляли его мыть всю камеру. Он вёл себя, как ребёнок. Избивали его часто. Вместо оказания медицинской психиатрической помощи они наказывали его избиениями и пытками. Он сидел в камере №5 в течение месяца. 1.06.16 к нам в колонию приехал Габриелян Карен Карленович — прокурор республики Карелия. В связи с его приездом нам начали выдавать бритвы, чтобы можно было бриться. До этого вообще не выдавали. В целях личной гигиены я руками выдёргивал волосы из подмышек и из паховой зоны. Также стал приходить парикмахер, у которого были разные бритвенные станки. После этого (это длилось всего две недели) всё прекратилось.

17.05.16 зампобора Серов А. А. сказал мне, что я типа отвык от коллектива и что мне не нужно выходить в СУС, пообещал мне, что разрешат молиться, взамен на то, что я откажусь от СУСа. Я согласился и подписал документ, а также они принесли камеру и сказали, чтобы я на камеру отказался выходить в СУС. После этого Серов А. А. выписал мне 1 год ЕПКТ и, действительно, на некоторое время даже разрешили молиться. Ночью нам запрещено вставать со шконки, и я молился, не сходя со спального места. При молитвах они опять начали писать на меня рапорта. До 20.06.16 я терпел.

20.06.16 меня привели в штаб. Там были ***, опер, и опер-капитан с камерой. При них начальник ИК-7 Коссиев С. Л. сказал мне, что я сошёл с ума, раз молюсь. Он убеждал меня, что в правовом демократическом государстве нельзя в колонии молиться (намаз совершать). При этом он сказал всем, что, вдруг меня увидят за молитвой, приказал, чтобы врывались в камеру и избивали. Я сказал, что буду жаловаться Бабушкину Андрею, правозащитнику. Он сказал, что все иностранные агенты и ему на них всё равно.

23.06.16 меня перевели в камеру №1. Находясь там, я много слышал, что до 5.08.16 там избивали многих. Конкретно 5.08.16 (14:30 — 15:00) я лично видел, как избивали вновь прибывшего с этапа. Я сидел в 8м прогулочном дворике. Сотрудник поставил осуждённого к стенке и стал избивать ногами по всему телу. Затем ему подводили другого осуждённого, и он также его избивал.

В сентябре 21го числа 2016 года я слышал, как избивали также вновь прибывшего ***, 1994-1995 г. р. (у него много статей), срок 4 года, привезли с Мурманска. Его сразу завели в ШИЗО, камера №4, и сказали, что у него по распорядку «весь день уборка — мойка унитаза, стен, потолка и другое». После этого *** приходил каждый день (были и другие сотрудники), которые проверяли, моет ли он, проводит ли он уборку. В случае, если он не убирался, они его избивали. Просидел он там с 21.09.16 по 6.10.16, 15 суток.

22.09.16 на утренней проверке, камера №5, Габзева Х. Э. избивали за то, что он молился. Я это запомнил, так как я тоже был в ШИЗО за молитвы.

7.10.16 в камере №4 был *** (Георгий). Он в ПФРС работал поваром. Ему дали 5 суток ШИЗО, они его избивали. Ему также подкинули лезвие, и они требовали, чтобы он признал лезвие своим.

12.10.16 Габзаева Х. Э. опять закрыли в камеру №5 ШИЗО, его избивали по религиозным причинам. Я слышал, как он кричал: «Я капусту съел, а сало выкинул». Инспектора его избивали, требовали, чтобы он написал он им заявление об отказе от пищи, а он им кричал, что не отказывается от пищи. Также его избивали 16.10.16, также за отказ от свинины. К нему приходил Ефремов Андрей Олегович, замначальника по соблюдению прав человека в УФСИН. Габзаев Х. Э. жаловался ему по поводу отказа от приёма свинины в пищу, Ефремов А. О. сказал ему, что это право Габзаева — не кушать свинину или кушать. Он обещал ему разобраться. Последний раз в конце октября его избили, 25.10.16 его увели из ШИЗО, затем в новостях я услышал об избиении правозащитника Дадина. После этого у нас выключили радио и стали ставить музыкальный диск.

03.11.16 пришла Москалькова Т. Н. Я ей всё рассказал, она выслушала меня. Затем со мной беседовал сотрудник ФСИН России Шитко Игорь с управления. Он меня записал на видео. Также по всем фактам я написал заявление в полицию, начальнику ОМВД РФ по Сегежскому району р. Карелии Лютову Ю. С., г. Сегежа, ул. Гражданская, д. 1а. Мне пришёл номер КУСП. Поскольку на меня оказывалось давление, я переписал затем текст заявления. Меня ознакомили с номером КУСП, копию не выдали, я просто подписал.

Также хочу дополнить: 1) Я покупаю в колонии продукты, их приносят без целлофана, без упаковки, то есть разгерметизируют, чтобы всё портилось. Сахар высыпают на бумагу. Кетчуп, сгущёнку, майонез — всё выливают в бумажные конверты или на одноразовые тарелки. Кушать 2-3 раза нельзя. Дезодоранты тут не продают, говорят, что не положено. При обысках смешивают все продукты. 2) Мне не разрешают при себе иметь в камере (камере ШИЗО) молитвенные принадлежности, в том числе коврик для молитв. 3) Из-за моего осуждения по 359й ст. УК РФ Бывшев единолично решил поставить меня на профилактический учёт как склонный к экстремизму. На учёт как склонный к побегу меня поставили из-за того, что я находился в розыске. Из-за молитв меня поставили на профучёт как склонный к нарушению ПВР. Считаю постановку на профуйчёт по указанным основаниям незаконной и необоснованной. 4) в ИК-7 г. Сегежа в обязательном принудительном порядке принуждают еженедельно брить волосы наголо и бороду. Полагаю, что имею право брить бороду один раз в месяц, поскольку моей религией указано, что мусульманин без бороды не может быть. Это есть оскорблением чувств верующего. 5) Считаю пытками также тот факт, что проигрывание одного и того же диска с песнями беспрерывно очень сильно сказывается на психологическом состоянии. Я всегда был спокойный и уравновешенный, но сейчас я стал проявлять агрессию, беспокойство, нервничать, плохо сдерживать своё эмоциональное состояние. Я обращаюсь к психологам, но они мне помощь не оказывали. 6) Считаю издевательством, пытками, унижением чувства верующего тот факт, что во время молитвы сотрудники подбегают, бьют по двери палками, кричат, составляют рапорта, избивают. У меня вопрос: для чего тогда меня привезли в регион, где ненавидят мусульман, где запрещать исполнять религиозные обряда, кормят запрещёнными религией продуктами, заставляют ненавидеть государство?

Хочу также сообщить, что 4.11.16 с 19:30 до 20:30 в кабинете Коссиева С. Л. в штабе человек в гражданской одежде проверил меня, то есть всё вышеизложенное мною на полиграфе. Я поинтересовался у него, с какой целью. Он ответил, что это для личного интереса УФСИН России респ. Карелия.

Во время проведения свидания с адвокатом Яшиной С. Н. я совершал молитву, на что дежурный пригрозил, что молитва должна совершаться осуждённым лишь в личное время с 8:30 до 9:30, один час в день (это норма появилась с 4.04.16), и что свидания прекратят. Также я вспомнил, что во время нахождения в камере №14 ШИЗО во время проверки сотрудники плевали на моё полотенце и топтали его, что оставались отпечатки. На унитазе ободки отсутствуют. В кране горячей воды нет. Напора нет даже в смывном бачке туалета. Трубы канализации текут, отчего стоит стойкий запах опорожнений. В матрасах почти отсутствует наполнитель. Шконки (доска для спального места) кривые. Когда ты спишь, ты должен придерживаться рукой, чтобы не падать. Камера №17, №14 ШИЗО.

После стирки постельное бельё в хаотичном порядке раздаётся осуждённым. Таким образом, я сплю не на своём личном белье, а после какого-то осуждённого. Для уборки в камере не разрешают использовать чистящие средства. От постоянного сквозняка, холода, некачественной стирки постельного и нательного белья у меня развилось какое-то заболевание, на руках и на теле лопается кожа, шелушится. В зимнее время очень сложно выживать. Медицинское обслуживание отсутствует практически. Мои раны на коже (голова, руки, ноги, тело) — язвы кровоточащие. У меня не брали анализы, а лишь мазали каким-то кремом, отчего ещё сильнее шло раздражение. С переводом в камеру №10 более-менее заживали язвы.

Прошу принять меры по устранению указанных нарушений.

img-20161203-wa0000 img-20161203-wa0001 img-20161203-wa0002 img-20161203-wa0003 img-20161203-wa0004 img-20161203-wa0005 img-20161203-wa0006 img-20161203-wa0007 img-20161203-wa0008 img-20161203-wa0009 img-20161203-wa0010 img-20161203-wa0011