Адвокатский опрос Исламова Али Мисербиевича 02.12.2016.

Адвокатский опрос Исламова Али Мисербиевича, проведенный адвокатом Яшиной Светланой Николаевной 02 декабря 2016 года.

В 2010 году я прибыл для отбытия наказания в УФСИН России по р. Карелия в ИК-1 строгого режима. В то время там очень сильно избивали осуждённых, были случаи смертей. В марте 2010 года в камере №15 в смену инспектора Зайдулина там убили и повесили осуждённого. В то время был начальником ИК-1 Федотов Алексей Николаевич, сейчас он зам по БИОР нач. управления Тереха А. В. — его первая рука. Тогда были систематические изнасилования осуждённых черенком, постоянные доклады на растянутых ногах, скоростные повторы докладов. В апреле (через 4 месяца после прибытия) 2010 года меня вывезли в ИК-9 г. Петрозаводска. Там был начальник Гавриленко Николай Александрович (по сей день).

Встретили меня жёстко, в камере №7 пристегнули руки наручниками к отсекателю, на голову надели шапку, вместе с шапкой заклеили скотчем рот и стали избивать дубинками по голове и по всему телу. Это слышали Абдулаев Хамзат, Рамазан — таджик, Вахобов Расул. Перед этим на медосмотре на продоле надели наручники на руки за спиной, положили на пол и стали избивать. Врач пытался засунуть мне мой же тапок в рот вместо кляпа, чтобы заглушить крики. Врач, который должен осматривать на предмет телесных повреждений. В камере №7 продолжили избивать. После избиения повесили в позе ласточки, выведены за спину руки, подвесили на отсекатель. Я сильно кричал. Они периодически забегали и доматывали скотч, который от криков сползал и добивали, чтобы я замолчал.

После нескольких таких сеансов пришёл Козлов Алексей Валерьевич, ответственный за изолятор. Сказал, что если прекратишь кричать, то он меня отстегнёт и мы поговорим. Я согласился. Меня отстегнули, сняли шапку, скотч, вывели в комнату оперов, посоветовали вести себя так, чтобы не вызывать у администрации раздражения, потом отвели в одиночную камеру №3, которая находится у выхода в дворики прогулочные. На тот момент в ИК-9 работала система охлаждения (вентиляционная). Во время посещения комиссии они включали тёплый воздух, а летом, чтобы пытать, они включают холодный воздух. В прогулочных двориках я выходил греться.

При избиении активное участие принимал осуждённый ***. Он же работал раздатчиком и каптёром. Он же разбавлял пищу водой кипячённой, то есть со столовой приносили пищу — и он её разбавлял водой и впоследствии раздавал осуждённым. 02.02.11 на плановом обходе был Ефремов (замначальника УФСИН по соблюдению законности), спросил, есть ли у кого вопросы. Я сказал, что у меня есть. И меня проводили к нему в кабинет на разговор. Я сказал, что нас бьют два раза в день, издеваются, и всё рассказал про температурный режим охлаждения, благодаря которому пытают холодом осуждённых. Я сказал, что в бойлерной стоит аппарат с двумя кнопками пуска (холодной и горячей). Он при мне прошёл туда и обнаружил этот аппарат с кнопками. Также я ему рассказал о разведении водой пищи, и после этого на период времени перестали пытать, однако, через неделю всего меня вывезли в ИК-1, водворив за мои жалобы сроком на 1 год.

Там в Ик-1 начальник оперативного отдела Бондаренко заключил со мной устный договор, при котором я должен был молчать при избиениях других осуждённых, т. е. не стучать в камеру, не требовать помощи, не писать жалобы, а взамен они меня не будут трогать. Такая договорённость была со мной, поскольку я для них был проблемный, то есть писал жалобы, совершал в знак протеста против их незаконных действий акты суицида, так как ранее в ИК-9 я проглотил штырь железный, чтобы мне дали возможность подлечиться от переохлаждения и избиений. Меня увезли в Медвежье, в ИК-2 в больницу, операцию так и не сделали и вернули обратно. В 2011 году в ИК-9 осуждённые массово 60 человек в столовой вскрыли себе вены из-за этого режима избиений, невыносимого режима отбывания. Если на них посмотреть, осуждённые были, как зомби. Этот факт был предан огласке, и на этот период было полегче. За это понёс ответственность Виноградов, зам по БИОР. По всей республике наступила оттепель, начали выдавать вещи — что положено, перестали бегать от камеры до обысковой. После этих 60 человек через 3-4 месяца в ИК-9 в изоляторе ШИЗО-ПКТ вскрылись ещё 40 человек. Забавно было, что местная пресса, описывая эти события, преподносила так, что осуждённые потребовали у администрации ИК-9 ноутбуки и телефоны и из-за отказа они вскрыли вены. Хотя эти 40 человек вскрыли себе вены после того, как Терех А. В. дал указание завести под крышу спецназ и провести профилактические избиения.

После этих событий через 2 месяца я приехал вновь в ИК-9. Обстановка в ШИЗО была более-менее. Они не били, но стали использовать другую схему: например, осуждённого Ершова Александра Владимировича, 1989 г. р., при техническом осмотре (утреннем, камеры) были разбросаны все его вещи. Увидев это, он постучал в дверь камеры и выразил претензии по поводу разбросанных вещей, после чего работники администрации — Аникин, зам. по БИОР ИК-9, со своими младшими соторудниками тихо вывели Ершова А. В. в штаб учреждения и применили насильственные действия: дубинкой изнасиловали и перевели на ПФРСИ на территории ИК-9. Это был июль 2012 года. Через две недели я узнал о случившемся, так как в соседней камере с ним на ПФРСИ оказался осуждённый, который потом заехал на ИК-9, и он всё нам рассказал. Зовут его Аслан. Более подробно об этом может сообщить осуждённый Байдулов Докку (ИК-9). По этому поводу мы (в ШИЗО) отказались от прогулки вообще, то есть на прогулку не вышел весь изолятор. В связи с этим администрация начала предпринимать меры к договорённости с нами — мирным путём. Под видом этого меня и многих других, в том числе Рыбкина Артёма (сейчас сидит в Калуге), вывезли на крытую тюрьму Саратовской области сроком на 3 года. Всех, кто был в ШИЗО и требовал разбирательства по факту изнасилования Ершова, вывезли из ИК-9. После этого администрация ИК-9 возобновила свои незаконные действия, в результате чего прицепил к отсекателю двери. В этом положении в 2014 году там устроили показательную акцию устрашения — убили узбека, я это узнал от осуждённых, грузина Антона и киргиза Алманбека, которые приехали также в тюрьму города Балашов Саратовской обл. Они известили меня о том, что в ИК-9 опять началось жестокое обращение и ужесточение режима. По окончанию крытой тюрьму, 15.01.16 я вернулся в республику Карелия, в СИЗО-1 г. Петрозаводска, где пробыл 5 дней, и ночью 20-21 января в 2 часа ночи меня подняли на этап в ИК-9. Туда я прибыл примерно в 5 утра, провели досмотр личных вещей, после чего закрыли в камеру №1. В соседней камере находился Зауров Курейш Магомедович, 1956 г. р., с которым я прибыл в республику Карелия с Вологодского централа, и может всё подтвердить. Утром вывели из камеры и путём растягивания промежности начали требовать беспрерывного повторения доклада. Когда я отказался выполнять их незаконные требования, меня завели в оперскую комнату и стали жёстко избивать. Данные всех сотрудников не помню, но среди них был старшим Савельев, ответственный по изолятору, начальник оперативного отдела. Всех смогу опознать по лицам. Повалили на пол, на меня сели: на ноги один сотрудник, на голову другой, третий давил ногами в рёбра. Залезли на меня с ногами, начали прыгать, чтобы не оставлять следов. Потом вывели в камеру, предупредив, что будет ещё жёстче. При избиении Савельев высказывал угрозы изнасилованием. На мне разорвали всю одежду. Чтобы избавиться от этих издевательств, я в камере, испугавшись изнасилования, вскрыл себе вены. Мне остановили кровь, перевязали руки и под видом сопровождения в медстационар на продоле в коридоре, где нет камеры, начали продолжать избивать, возле входной двери уложили меня на бетонный пол и в мороз 30 градусов открыли входную дверь, пристегнули наручниками за спину и прицепили к отсекателю двери. В этом положении я пролежал целые сутки, периодически получая удар от открывающейся входной двери. Когда сильно полностью мои руки синели и немели, они подходили и увеличивали кольцо наручников. За это время начальник ИК-9 оформил документы в ЕПКТ, при этом участвовал Козлов А. В., зам. нач. операт. отдела управления.

22.01.16 я прибыл в ИК-7, в ЕПКТ. До настоящего времени нахожусь в ЕПКТ. В ИК-7 г. Сегежи меня встретили так: поместили в камеру №14, находящуюся перед выходом во дворик. Поясню, что это специально в целях пыток делаются холодные камеры. Я отказался принимать пищу изначально ещё с ИК-9. Я не принимал пищу уже двое суток. Я прибыл в пятницу, а в понедельник на утренней проверке меня вывели из камеры и поставили к стене в положение для обыска. Сзади пристегнули наручники, применили процедуру растягивания промежности на шпагат. Один сотрудник своей ногой разводит ногу в одну сторону, другой сотрудник своей ногой мою ногу отводит в другую сторону, до касания гениталий пола. При этом требуют, чтобы я называл свой срок, начало, конец, статьи и т. д. Я отказался, так как считал эти требования и их действия незаконными. И один из сотрудников у меня что-то спросил, но я не расслышал. В это время меня поставили в нормальное положение и на регистратор произнёс специально такие слова: «Осуждённый Исламов отказался выполнить законные требования администрации, по отношению к нему будут применять спецсредства». Несколько раз ударили головой об стенку и потащили по полу в нежилую пустую камеру, там не было даже света. Там я пробыл [пропущена часть фразы], и вытащили волоком из неё, довели до камеры №14, снимая всё на регистратор, под видом того, что меня заводят в камеру, которая находится у входа прогулочного дворика. Выключили регистратор и завели во дворик. Там пристегнули наручники за спину и повесили на решётку. Повесили так, что пальцами ступни ног я касался пола в 30-градусный мороз. Примерно через 1 час меня сняли, ног и рук я не чувствовал. Ступни ног я до сих пор не чувствую, они чернеют. В этом дворике, пока я висел, меня пинали, высказывали угрозу изнасилованием, для чего привели осуждённого, который стоял и мне на него указывали, что именно он будет производить акты насилия. Этим всем руководил А. В. Терех, совместно со своим первым замом Федотовым, поскольку ещё в СИЗО-1 предсказал мне такие обстоятельства. При моём избиении принимали участие сотрудники администрации ИК-7, та смена. Коссиев С. Л. был в курсе всего происходящего, был на рабочем месте. Меня тут кормят свининой, молиться не дают, за это дважды меня водворяли в ШИЗО. Я должен пять молитв проводить в личное время с 8:30 до 9:30. Воды горячей нет.

img-20161203-wa0012

img-20161203-wa0013 img-20161203-wa0014 img-20161203-wa0015 img-20161203-wa0016 img-20161203-wa0017